Если только представить себе этот город огромной кондитерской, многое становится на свои места.

Гиндза — эклеры с горьким черным шоколадом и вагаси. Харадзюку — приторные крепы со взбитыми сливками, киви и клубникой. Омотэсандо — макарун. Сибуя — карамельно-ванильно-сливочное парфэ. Эбису — торт с зеленым чаем. Уэно — выпечка в форме сонной панды. Отэмачи — нью-йоркский чиз-кейк. Очаномидзу — яблочный пирог. Десертная карта Токио.

Этот город совсем не надоедает. Раз за разом вы выстраиваете с ним все новые связи, переходите на новую систему координат. Ты узнаешь сначала улицы и расположение станций, затем настроения, запахи, понимаешь, какому месту какая погода и какой сезон идет больше всего. Гиндза хороша в ясный день, Эбису в пасмурный, а вокруг Мэйдзи-дзингу в дождь собираются духи со всей округи. В парках лучше всего зимой — посетителей мало, а на отмели прудов безбоязненно дремлют непонятно откуда прилетевшие длинноногие птицы. Подходят к концу все имеющиеся в городе музеи. Ты побывала в музее воздушных змеев и чайных чашек. Обошла сотни картинных галерей и фотовыставок. Почти все упомянутые в путеводителях рестораны и кучу тех, до которых их авторы не добрались. Это не про нас: «Я все уже видел в этом городе, сейчас и пойти некуда». Потому что в следующий раз вы продолжите начатый разговор на новом языке, и ты опять будешь сравнивать, смотреть по сторонам, подслушивать городские легенды и высматривать в старинных гравюрах признаки сегодняшних пейзажей.

Синдзюку — огромные пирамиды белого, как вата, хлеба со взбитыми сливками и медом на верхушке. Иидабаси — круассаны. Роппонги — сладости со всего мира, от пахлавы и мухаллабии до чурроса и исландского брусничного торта. А там, где мой дом — где бы в этот раз он ни находился — первым номером десертной карты всегда будут горячие коричные булочки.